Вы здесь

Афоризмы и цитаты о жизни

Жизнь

В деревне существуют циклы, жизнь-смерть, рассвет-закат, весна-осень, но в городе всё иначе, приходит ночь — ты спишь или пытаешься уснуть, а потом наступает день, и тебе надо вставать и идти на работу. Утро может быть радостным временем — солнышко сияет, всё выглядит замечательно. Иные из нас просто землю роют копытом, а иные — нет. А некоторым из нас приходят самые лучшие мысли ещё до того, как мы окончательно проснулись. А потом день кончается и начинается ночь. Ещё один кусок жизни исчез навсегда. Потом вы никогда не вспомните это день... Дни уносятся так быстро, что вы этого почти не замечаете. Завтра будет ещё один день. Утро — главная часть цикла, это очень удобное время. Вот когда ты делаешь всё, что не должен был сделать вчера, когда ты принимаешь трудные решения. С этими идеями, возникающими ранним утром одна проблема — при свете дня вы уже не кажетесь себе таким гением...

Все мы стремимся реализоваться. Но если что-то тормозит нас, мы ищем выхода в боли. Ищем её для себя, или причиняем её другим. Особенно уязвимы в этом отношении подростки. Юность пробует свою силу множеством способов.

Рядом с нами люди постоянно сходят с ума, болеют и умирают в таких муках, что описания Гомера просто комиксы по сравнению с одной лишь историей болезни умершего от рака человека. Нас предают друзья. Нас забывают дети. Наши родители начинают ходить под себя или нам в руки. Самолёты, на которых мы летаем, разбиваются об землю, а наши машины врезаются друг в друга, разрезая нас пополам и выворачивая суставы. И при этом мы думаем, что ничего не знаем про ад.

Что за жизнь: хочешь одно, а получаешь совсем другое... Единственное утешение: все так живут. Никто вокруг не счастлив окончательно.

Не является ли слово «смерть» обозначением того, что непрерывно происходит с нами в жизни? Не является ли жизнь умиранием, а смерть — его концом?

Зачеркнуть прошлое всё равно невозможно, попытайтесь лучше создать настоящее, которым вы впоследствии сможете гордиться. Разлад с самим собой — худшее из зол. Всякий, кто живет ради других — ради своей страны, ради женщины, ради творчества, ради голодающих или гонимых, — словно по волшебству забывает свою тоску и мелкие житейские неурядицы. «Подлинный внешний мир — это подлинный внутренний мир».

Природа творчества такова, что, чем несчастнее и беднее художник, тем выше он воспаряет в своих произведениях. Стал ли бы Бальзак Бальзаком без нищеты, кредиторов, долговой тюрьмы, ростовщиков? За свою нелегкую жизнь ему приходилось сталкиваться с редчайшими человеческими типами, которых богач, надежно охраняемый в своем красивом особняке секретарями и слугами, никогда не узнает.

Каждый день мы откладываем свою жизнь на потом. Мы откладываем на потом самих себя. Раз за разом. Но беда в том, что в какой-то момент гонки за будущим ты вдруг смотришь на свои руки: неумолимо стареющие, слабые, немощные, и понимаешь, что твое «потом» никогда не наступит. Что оно ни у кого никогда не наступает. Живет, живет, маячит где-то на горизонте, щедро пичкает надеждой, а потом вдруг превращается в жесткое «поздно» и проступает жилистым приговором времени на старческих руках.

Один из секретов счастливой жизни — непрерывно доставлять себе мелкие наслаждения, и если иные из них можно получить с минимальной затратой денег и времени — тем лучше.

Лучше мужественно умереть, чем жить в позоре.

Полжизни мы теряем из-за спешки.
Спеша, не замечаем мы подчас
Ни лужицы на шляпке сыроежки,
Ни боли в глубине любимых глаз...
И лишь, как говорится, на закате,
Средь суеты, в плену успеха, вдруг,
Тебя безжалостно за горло схватит
Холодными ручищами испуг.
Жил на бегу, за призраком в погоне,
В сетях забот и неотложных дел.
А может главное — и проворонил...
А может главное — проглядел...

Жизнь коротка, и не каждому в ней дано быть счастливым, богатым, или красивым. А смерть — это единственное, что ожидает каждого.

Глупо из-за этого расстраиваться, и ведь всё равно, воображая гроб, думаешь о себе как о живом, хотя на самом деле ты мёртвый. В том-то и разница. Ты ведь не будешь знать, что ты в гробу. Будешь словно спать в ящике. Я конечно не хотел бы там спать, да ещё без воздуха, и вот проснёшься мертвецом – что тогда делать? В гробу. Это-то мне и не нравится, вот почему я и не думаю об этом.
Ты ведь там беспомощен. Заколотили тебя в ящик, да ещё навечно. Даже если ты мёртвый, всё равно не приятно. Тем более, что ты мёртвый. Сам посуди. Предположим, я тебя туда заколотил. Каким бы ты хотел быть – живым или мёртвым? Конечно живым, всё не мёртвый, хоть и в гробу, какой-то шанс остаётся. Лежишь так и думаешь: «А я всё-таки живой. Сейчас кто-нибудь постучит по крышке и велит вылезти – «эй ты, как тебя там, вылезай!»
Каким он бывает, этот момент, когда впервые осознаёшь неизбежность смерти? Это случается… где-то в детстве, когда вдруг понимаешь, что не будешь жить вечно. Такое потрясение наверняка должно запечатлеться в памяти, а я его не помню. Значит его и не было. Наверное мы рождаемся с предчувствием смерти, ещё не зная этого слова, ещё не зная, что вообще существуют слова. Мы появляемся на свет, окровавленные и кричащие, с твёрдым знанием, что все стороны света ведёт одна единственная дорогаи длина её измеряется временем.

Ты только представь себе, что чувствуешь, когда просят сесть. И сообщают о том, что ты умираешь. Это очень тяжело. Часы уже идут. За долю секунды мир раскалывается. Ты по-другому смотришь на вещи. Вокруг другие запахи. Ты все смакуешь: и стакан воды, и прогулку в парке. Везёт тем, кто не знает, когда часы остановятся, но ирония в том, что именно это лишает их ощущения жизни, они выпивают стакан воды, не наслаждаясь вкусом, не ощущая его.

Реклама